Чародей в ярости [ = Чародей разбушевался ] - Кристофер Сташеф

Род вздохнул вдевая ногу в стремя.

— Замечательная у меня женщина, Векс.

— Иногда я сомневаюсь, ценишь ли ты ее по-настоящему, Род.

— О, думаю, что да. — Род перемахнул в седло и взял поводья. — Нам лучше последовать их примеру. С дороги, Железный Жеребец.

Векс рысью съехал с обочины и углубился в подлесок.

— Что ты придумал для рыцаря, Род?

— Примерно 120 вольт. У тебя есть запасная батарея?

Ответ Векса пропал в грохоте пронесшейся мимо них кареты.

— В переднем потайном отделении, Род. — Под холкой у Векса открылась небольшая дверка.

Род сунул туда руку и вытащил кусок провода. Вынув кинжал он несколькими быстрыми движениями счистил с конца изоляцию.

— Куда мне его воткнуть?

Лошадиная голова обернулась к нему.

— Просто вложи его мне в рот, Род. Я направлю к нему ток. Но ты уверен, что это прилично?

— А меч у него на боку? — Пожал плечами Род. — Оружие есть оружие, Векс. Это не причинит ему значительного вреда, надеюсь. Ладно, пошел!

Они выскочили с обочины как раз, когда туда, подъехал грохоча, подковами отряд. Род лег на параллельный курс с рыцарем. Шлем с забралом повернулся к нему, но рыцарь не поднял ни меча, ни щита, изумившегось появлению лудильщика, скачущего около него на коне, который сделал бы честь и лорду.

Род ткнул в него концом провода, и между ними пронеслась пышная голубая искра, затем провод вступил в контакт с доспехами, и рыцарь оцепенев вскинув руки. Род резко пнул его. Рыцарь рухнул с коня в дорожную пыль.

Позади него кто-то издал крик ужаса. Род круто развернул Векса и рванул к обочине дороги прежде, чем рыцарь успел собраться с мыслями, чтобы подумать о возмездии.

Вдоль обочины дороги лежали, растянувшись, трое солдат. Еще четверо очерчивало край дороги на противоположной стороне. Некоторые из лошадей, очень довольные, паслись рядом с павшими хозяевами. Другие, очевидно, более умные, неслись галопом прочь.

На глазах у Рода, перед одним из оставшихся всадников, внезапно со взрывом возникла маленькая фигурка. Пораженный седок отшатнулся, и конь его встал на дыбы, пронзительно заржав. Джефри резко ударил всадника ногой в плечо, и солдат, потеряв равновесие, накренился и упал. Мальчик шлепнул лошадь по крупу, и животное с пронзительным ржанием ускакало.

На другой стороне дороги кусок веревки пролетел, рассекая воздух, словно крылатый змей, и обвился вокруг шеи еще одного солдата. Тот схватился за нее обеими руками, затем его дернуло назад, и он свалился на дорогу, все еще борясь с удавкой. С треском пистолетного выстрела, рядом с ним появился Магнус с палкой в руке. Веревка размоталась, и улетела искать новую жертву. Негромко бухнул гром, и Магнус исчез.

— Кровожадное у меня потомство, — поморщился Род.

— Они делают то, что ты им велел, Род, и чему научил.

— Может быть, мне лучше пересмотреть учебный план.

— Не надо чересчур спешить, — порекомендовал робот, — тот солдат все еще дышит.

— Надеюсь, и остальные тоже. Ну, вернемся к работе. — Род повернул коня обратно на дорогу и увидел, что все солдаты лежат в пыли без сознания. Гвен уже опустилась на колени около ближайшего, внимательно глядя ему в лицо. Корделия устремилась на посадку рядом с ней. Начали появляться, словно громовые раскаты, мальчики.

— Работают они быстро, — пробормотал Род.

Он подъехал рысью к семейной группе и, нагнувшись, коснулся плеча Магнуса. Мальчик в удивлении вскинул голову. Увидев отца, он расслабился со вздохом облегчения.

— Вы действовали чудесно, — сиял от гордости Род, — все вы. Но не спускай глаз с солдат, сынок. Некоторые из них могут прийти в себя, пока вы еще пытаетесь отремонтировать им рассудок.

Магнус кивнул, зардевшись от отцовской похвалы.

— Я их хорошо постерегу, папа.

— Молодец. Я должен вернуться еще до того, как они очнуться. — Он выпрямился, поворачивая Векса на юг.

— Куда ты, папа?

— Сообщить той леди, что она может больше не бояться.

Род пнул каблуками по бокам Векса.

— Следуй за той каретой.

Робот-конь припустил галопом.

— Колотить меня пятками по бокам в общем-то ни к чему, Род.

— Такое обращение поддерживает видимость. Ты же не хочешь, чтобы люди знали, что ты не настоящий конь, не так ли?

— Тебя не должна волновать видимость, когда кругом твоя семья. Всем им и так известна моя истинная природа.

— Да, но мне надо не терять привычку. Если я начну думать, кто знает о тебе, а кто нет, то начну делать мелкие ошибки, и...

— Понимаю, — вздохнул робот. — Карета приближается, Род.

— Точнее будет сказать, что мы приближаемся к карете.

— У меня сложилось впечатление, что ты стал грамарийцем, а не грамматиком.

— Ладно уж! — скривился Род. — Меня интересует содержание, а не форма.

— Тогда из тебя выйдет очень плохой критик...

— А, заткнись и прегради путь карете.

Векс завернул перед лошадьми, и животные встали на дыбы, пронзительно заржав от страха. Женщина с лихорадочной силой натянула повод, а затем хлестнула кнутом по Роду.

— Эй! — тот увернулся, но слишком поздно, язык кнута ударил его сбоку по голове. Дорога накренилась и закружилась, сливаясь и смазываясь. Он, словно издалека, услышал, как кнут треснул, вновь и вновь. Затем мир выровнялся, и он начал видеть все ясно. В нем появилась знакомая ярость. Потрясенный, он попытался вспомнить про ее опасность. Женщина стояла на козлах, замахиваясь кнутом еще для одного удара.

Род поднял кверху ладонь.

— Тпру! Погодите! Я же на вашей стороне! — Он ткнул себя в грудь. — На мне нет никакого мундира. Видите?

Женщина заколебалась, но гнев и страх все еще отражались в ее глазах.

Род с большим трудом подавлял прилив собственного гнева, голова у него отвратительно болела.

— Вы ведь не ударите бедного, бродячего лудильщика, не правда ли?

— Ударю, если он угрожает мне или моим. — Но глаза женщины становились более спокойными. — И зачем бедному лудильщику останавливать знатную леди, если не с целью причинить ей зло?

— Чтобы сказать вам, что вы можете не убегать! — закричал Род. — Мы разбили ваших врагов!

Женщина стояла, замерев, но в глазах у нее вспыхнула надежда.

Род показал на пройденный участок дороги.

— Посмотрите, если сомневаетесь в моих словах!

Она оглянулась на пройденную дорогу. И лицо ее начало расцветать от радости. Затем колени у нее подкосились, и она рухнула на козлы.